«Привязанности — и многочисленные привязанности — есть необходимая часть нашей жизни, и избегать их из страха перед будущими страданиями значит жить вполсилы.»
Дослушала свою юбилейную десятую книгу Ирвина Ялома, «Шопенгауэр как лекарство». Ялом — один из самых известных современных представителей и популяризаторов экзистенциальной терапии и к тому же писатель, из-под пера которого выходят и художественные произведения. К ним относится и «Шопенгауэр».
Сюжет начинается с того, что психотерапевт Джулиус узнаёт о смертельной болезни. Он решает выяснить, как сложилась жизнь его бывшего клиента Филипа, которому терапия не помогла. Оказывается, что Филип «излечил» себя сам — философией Шопенгауэра. Это открытие и запускает цепочку последующих событий.
Параллельно основному сюжету Ялом приводит выдержки и цитаты из трудов Шопенгауэра, а также историю жизни, семьи, факты из биографии, которые проливают свет на то, что это был за человек и каким был его мир.
Для меня эта книга в первую очередь о взаимном влиянии людей друг на друга. Ключевые события разворачиваются на сеансах групповой терапии, которым автор (тоже являясь в том числе и групповым терапевтом) уделяет много внимания, раскрывая процесс в подробностях.
Группа — она про то, чтобы увидеть себя глазами других, отразиться. И тем самым узнать о себе что-то новое. И прожить. В этом смысле книга показывает наглядно и достоверно: человеку нужен человек. Мы можем даже не догадываться, какие метаморфозы возможны, если сделать шаг навстречу.
Почему взаимном влиянии? Потому что терапия, будь то групповая или личная, это отношения. Это процесс, который затрагивает каждого. К концу книги мы в этом убедимся.
Вторая важная мысль, которая нашла своё очередное отражение: избавление от проблемы или симптома само по себе не есть исцеление и не приводит к более полной жизни.
Филип страдал от сексуальной озабоченности и обрёл «терапевта» в лице Шопенгауэра. Как выглядела терапия по-шопенгауэрски? Как тотальный отказ от любых желаний и привязанностей (привет буддизму), как избегание контакта с «двуногими», как называл людей Шопенгауэр, и полное одиночество. То есть, по сути, как отказ быть живым. Внешне его проблема действительно ушла, но какой ценой? И можно ли это назвать излечением?
Именно поэтому глубинная терапия — прежде всего про осмысление.
Если вы ещё не читали эту книгу, должна предупредить: кульминация способна тронуть до слёз.